Самопознание.

[Чантор]

Горько-сладкий вкус у Былого,
Настоящее просто кислит,
Запах Будущего – терпко еловый,
Можжевелом и мятой манит.

Вдруг смешались все вкусы и запахи,
Очутился у пропасти ум!..
И дожди закапали мятные,
Кисло-сладкие, с горчинкою дум.

Пошатнулся, скользнув, кувыркаясь,
Попытался расправить крыла…
И у самого дна распрямляясь,
Ум взметнулся стрелой в облака…

Удивляясь своей перемене,
Он в зените мгновением застыл…
Сквозь него звёзды шли по Арене,
Но Которой сам он и был!

Нету сна, нету яви в помине,
Только вечное ныне – Всегда,
Точка времени стала отныне
Кругом вечных вращений Огня!

***

Лёд грядущего тонкий и зыбкий,
Как не страшно, но нужно ступать;
И трещат под ногами ошибки,
Полынья поджидает опять.

Провожая нас, Камень распутья,
Всё расскажет о том, что нас ждёт;
Чёрный ворон на вязовых прутьях
Каркнет: “Да-а, Камень не врёт!”.

[Чантор]

Жонглёр острот и каламбуров
На фарсе пафосом, - коллаж,
Замысловатые фигуры
Рисует рифмой карандаш.

Что наша жизнь – карикатура?
Игра стихий, природы плен?
Мы пишем аббревиатуры –
Каракули в анналах стен.

Хлебаем каплю с океана, -
Нахлебники у Сил Святых.
И через скважину дурмана
Не видим истин свет простых.

Но в спешке ключик был утерян, -
Спешили - “медленно спешить”.
И жемчуг прошлого растерян, -
В грязи легко его топить.

И одинаковые раны
Наносят нам любовь и зло, -
Лекарство меряя стаканом,
Отмерим дозу – “Повезло!”.

Купаясь сладко в речке - Лете,
Закрыв глаза, открывши рот,
Вдруг нахлебались междометий,
И судим жизнь приставкой – “ёпт!”.

Поисцарапавшись об тернии,
Сквозь сон тягучий ищем звёзд.
Коварные земли каверны -
Смеются: “не в коня овёс…”.

Идём по каторге, гремя,
Цепями кармы, - в неизбежность.
И в бубен для Судьбы бубня,
Ей отдаём свою небрежность.

Наверняка – никто не скажет:
Что день грядущий нам несёт?
Пойдёт на дно корабль бумажный?
Продолжим призрачный полёт?

--------------------------------------
Судить легко, но кто осудит, -
Полудремотный наш поход?
Ведь даже камню жалко будет, –
Прервёт суждения полёт.

[Чантор]

Встреча.

В подлунной ночи мусор на свалке,
Тускло бликуют консервные банки.
В глубокой тоске одинокая псина, -
Страдающий взор на мрачной картине.

В скупой слезе собачьего ока
Вся соль от стенаний в жизни убогой.
Фальшивый ли блеск приняла за очаг?
Иль черствость людская её жизни враг?

Смотрю, подошла, в зубах что-то держит...
(Господи, что же ты сердце так режешь), -
Пустой подстаканник, - подарок? мне? –
Надежду на дружбу? я что, - свет в окне?

Волком готов завыть на луну,
Могу ли спасти хоть душу одну?
В холоде смрадном горит огонёк…
Господи, Ты же Смотрел из неё!

***

Вновь сатира с тоской обвенчалась, -
Что за грустной иронии брак?
Что за Музы во мне повстречались?
Не поэт, а - умный дурак.

По улыбке слеза покатилась,
В горле ком, упрятанный в смех;
Будто радость во мне простудилась,
И печаль её лечит при всех.

Рифмой режу лук своей жизни,
Кольца дней растянулись в цепь.
Очи сок испытаний защипит,
И душа снова будет болеть.

Но сквозь слёзы смеюсь над собою,
(Да и миру достанется в глаз).
Мои Музы нашепчут “герою”
Трагедийно-весёлый рассказ.

[Чантор]

Ангел всю ночь неистово молится,
Тысячи слёз пролил у Икон.
Просьба одна, – пусть же исполнится –
Хоть чья-то слезинка просохнет потом.

***

“Критиканство твоё не от Бога” –
Кто-то скажет мне, глядя в упор.
Каменистая рифмо-дорога
Вызывает проезжих укор.

Что поделать, смогу ли ответить,
Не расскажешь историю в раз.
Пусть души моей лучик осветит
Все овраги, чтоб видел их глаз.

Те колдобины – столетние шрамы,
Лужи – слёзы, а ямы – тоска,
И поэтому гнутся здесь рамы,
Но лежит для прохожих доска.

Можно ли смотреть на несчастья?
Как слепые ведомы слепым?
Можно ли убивать в себе счастье?
И в страданиях других быть глухим?

“Научиться ходить не споткнувшись, -
Невозможно” – мне скажут опять,
“Только в горе сто раз окунувшись,
Начинают на Свет выплывать”.

Да, всё так, конечно вы правы,
Разве можно здесь спор учинять.
Где же те, - настоящие нравы,
Что не будут нам боль причинять?

Что для нас такое - “Религия”? –
Как не скорбь от потерянных встреч,
Как не поиск миров справедливее,
Где не нужно лампаду стеречь.

Я стучу по каменьям зубилом, -
Угловатых скрижалей тропа.
И машу пером как кадилом,
Но чихает от дыма мечта.

Пусть сарказм – тщедушный приятель,
А сатир – это жалкий паяц,
Желчи смех – убогий предатель,
Только юмор меня не продаст.

Чтобы строчка – как гвоздь забитый,
Чтобы рифма – ровнее ножа,
Чтобы грех – как зверь убитый,
Свет от тьмы разделяла межа.

Я мощу дорогу стихами,
Чтоб по рытвинам жизни идти;
Щебнем шуток засыплю ямы, -
Будет легче до Бога дойти.

[Чантор]

Про лень.

Я хлестну с оттяжкой по лени,
Кнут, впиваясь, сдерёт её плоть;
И лбом вынесет с петлями двери,
Воля пнёт этой лени в живот.

Переломится, рухнется оземь,
Обернётся змеюкой опять,
И опять подползёт и попросит,
Станет слёзно меня умолять.

“Я устала, мне надо покушать,
Нужен сон и дайте кровать”,
Но не стану её снова слушать, -
(Головою об туже кровать).

Разбегусь и в хребет коленом …
Вновь скрутила, опутав меня, -
Видно мысль допустила измену,
Дело ждёт укоризной клеймя.

Пусть сподобятся светлые мысли, -
Убаюкают лень мою сном;
Уползу от неё быстро, быстро,
С новым другом – простым ремеслом.

[Чантор]

Продвижение.

Буду ехать, ехать и ехать,
Если ехать не буду, – бежать;
И не ляжет ничто мне помехой,
Только чтобы – нигде не стоять.

Если вдруг – бежать перестану,
Поползу по земле как змея.
Лишь в движении своём не устану,
Только чтобы – держала земля.

Может быть, такое случится, -
Что и ползать мне будет не в мочь;
И гробы скажут – надо ложиться,
И никто мне не сможет помочь.

Я, зубами в землю вгрызаясь,
Совершу муравьиный шажок.
И глазами дороги Касаясь,
Мне Бог Скажет – “давай же, дружок,

Не сдавай завоёванных метров,
Напрягай силу воли опять;
В этих метрах живут – километры,
Можно звёзды ими достать”.

Вновь надеждой Его озаряясь,
Буду в мыслях стрелою лететь;
Даже с телом своим расставаясь,
Продвижения буду хотеть.

[Чантор]

Всё пытаемся мир перестроить,
Разогнать эволюции ход,
Своё ускорение утроить,
И приблизить Светлый Приход.

Бьём набаты, мир призывая,
Оды Богу псалмами поём.
И Всевышний с Небес Наблюдает, -
Как, шатаясь, к Нему мы идём.

То замрёт процессия длинная,
То скакнёт, то откатится вновь.
То сожмётся спираль пружинная,
То на выстрел хлестнёт её кровь.

Кружит в танце людская история
Парадоксом мучительных па;
И звучит с Небес оратория,
Но фальшивит земная толпа.

Мишура ослепляющих балов,
И шуршащей материи шёлк, -
Заглушают талантов вокала,
Зная "точно" – какой в жизни толк.