ЛИВИЯ

[Хоббит]

http://www.regnum.ru/news/polit/1396665.html

Станислав Тарасов: Запад в Ливии заваривает "большую кашу"

Российский политолог Станислав Тарасов. В развитии событий, как в самой Ливии, так и вокруг нее, - что ни сюжет, то уникальный парадокс. Изначально полковник Каддафи заявлял, что он борется не с Западом, а с силами " Аль-Каиды", которые пытаются не просто дестабилизировать обстановку в Северной Африке, но и создать у южного подброшья Европы свой плацдарм.
Каддафи не поверили, расценили его заявления как элемент информационной войны. Однако командующий силами НАТО в Европе адмирал Джеймс Ставридис, затем его коллеги по ЦРУ признали, что есть "подозрения", что в рядах ливийской оппозиции воюют боевики "Аль-Каиды". Бывший сотрудник ЦРУ и советник американской администрации Брюс Ридел также заявил, что "по крайней мере, часть повстанцев - это боевики-исламисты". На днях аналогичное заявление сделал глава Федеральной разведывательной службы Германии (BND) Эрнст Урлау. По его словам, так называемые революции в арабских странах "могут привести к усилению "Аль-Каиды" в Африке". Урлау объяснил свои опасения тем, что, во-первых, государственные силовые структуры в этих странах находятся в плачевном состоянии, а, во-вторых, в некоторых из этих государств, например в Ливии, были разграблены склады вооружений и оружие попало не только к повстанцам, но и в южные районы Ливии, где сильны позиции "Аль-Каиды в Магрибе". Теперь, по мнению Урлау, "Аль-Каида" будет пытаться "вербовать для вооруженной борьбы мусульман во все новых африканских странах, вымогать деньги с помощью похищения туристов и привлекать к себе внимание иными способами".
"Против Каддафи сражаются салафиты, "Аль-Каида" и исламские экстремисты, - констатирует английская "Гардиан". - Восточные районы Ливии всегда были рассадником исламского экстремизма. Боевики "Аль-Каиды" тоже всегда базировались на востоке Ливии. Сейчас эти люди захватили оружие у Каддафи и хотят превратить Ливию во второе Сомали". Более того, телеканал Fox News со ссылкой на свои источники в Белом Доме намекает, что США направили спецподразделения ЦРУ в Ливию еще до "потрясений" задолго до того, как президент Барак Обама подписал секретное распоряжение, разрешающее проведение в Ливии тайных операций ЦРУ. Источник телеканала уточнил, что деятельность американской разведки была "направлена на обеспечение лучшего военно-политического понимания ситуации" в стране.
То есть времени для анализа ситуации и принятия решений у администрации Белого Дома было достаточно. Поэтому нынешний ход событий в Ливии вызывает множество вопросов.
Любопытно, что на встрече международной контактной группы по Ливии в Катаре, где собрались представители ливийского оппозиционного Переходного национального совета и стран, участвующих в международной операции в Ливии, представитель Переходного совета призвал западные страны выделить 1,5 миллиарда долларов "на административные нужды совета и для помощи мирным жителям". Речь шла о средствах, которые были арестованы на ливийских банковских счетах после введения санкций в отношении некоторых ливийских чиновников из окружения Каддафи. Но дело в том, что, по оценке экспертов, между началом ливийского кризиса и введением санкций был создан временной люфт, позволяющий полковнику Каддафи перевести свои средства "туда, куда нужно".
Кстати, английская пресса сообщала, что эти операции осуществлялись через лондонские банки. Поэтому, когда в Катакре речь зашла о создании денежного фонда для оказания помощи повстанцам, против этого выступила Германия. Она призвала создавать фонд на законных основаниях и для начала выяснить, кому точно принадлежат арестованные средства, чтобы не получилось так, что радикальных исламистов финансирует Европа.
Вот почему странно на этом фоне звучит заявление госсекретаря США Хиллари Клинтон о том, что "мы ищем пути обеспечения ливийской оппозиции финансовыми средствами, чтобы она была в состоянии сама удовлетворить часть своих потребностей". Означает ли это, что ЦРУ отказалось финансировать по своим каналам силы оппозиции? Тут много неясностей и масса загадок. Авторитетный эксперт Джордж Фридман из Stratfor считает, что "было бы огромной ошибкой считать произошедшее в Ливии массовым либерально-демократическим восстанием" и что к Ливии " такие понятия неприменимы".
Тогда во имя чего затевался в этой стран весь сыр-бор? Согласно тем же данным Stratfor, так называемая ливийская оппозиция представляет собой смесь политических оппортунистов и партизан-моджахедов, таких как Абдель-Хаким аль-Хасиди из "Ливийской исламской боевой группы". Он не делает секрета из своих тесных связей с "Аль-Каидой" еще со времен Афганистана.
В таком контексте совершенно в ином свете выглядит и решение правительства Турции открыть бюро "Талибана" в Стамбуле. Американцы ведут диалог с "умеренной частью" афганского движения, которому они в свое время сами помогали утвердиться в стране. Теперь к этому процессу подключается и Турция. Как отмечает в этой связи Global Post, налицо попытка США сконструировать на Ближнем Востоке новую реальность, которая на практике означает попытку вывода "Аль-Каиды" к непосредственной близости к границам с Европой.
Согласно аналитическому прогнозу, подготовленному Библиотекой Конгресса США, ЦРУ совместно со спецслужбами Саудовской Аравии и Франции готовили и поддерживали противников Каддафи еще до неудавшегося переворота. С одной стороны, эта данность является результатом неудачи военных операций США и их союзников в Ираке и в Афганистане, а с другой - попыткой начать операцию по дальнейшей фрагментации геополитического пространства на Ближнем Востоке. Тогда развал - вслед за Ираком и Афганистаном - и Ливии выглядит уже в качестве тактического решения, выхода из сложной ситуации.
При этом бывшие враги становятся тактическими союзниками, а бывшие друзья в лице президенте Туниса Бен Али, лидера Египта Хосни Мубарака, а теперь и лидера Ливии Каддафи объявляются врагами. С другой стороны, нагнетая политическую истерию относительно присутствия" Аль-Каиды" в рядах ливийской оппозиции, США и их союзники готовят условия для осуществления в Ливии наземной военной операции. Но, как считает "Гардиан", такая интервенция только втянет Запад в очередную кровавую бойню.
Так что на Ближнем Востоке заваривается "большая каша", хлебать которую, как в Ираке и в Афганистане, придется не только США и их союзникам, но и многим другим странам

[Юрий Ганков]

Не сочтите оффтопом, все таки Британия зажигает в Ливии и в прямом и переносном смыслах. Не иначе как случилось что? Чего-то начали все правду-матку резать невзирая на лица:

Секретные меморандумы разоблачают связь между нефтяными компаниями и вторжением в Ирак("The Independent", Великобритания)
Пол Бигнел (Paul Bignell)

Правительственные документы подтверждают, что планы по эксплуатации иракских нефтяных резервов обсуждались министрами британского кабинета и крупнейшими нефтяными компаниями мира за год до того, как Британия взяла на себя ведущую роль во вторжении в Ирак.

Документы, опубликованные впервые, поднимают новые вопросы по поводу участия Британии в войне, разделившей кабинет Тони Блэра и получившей одобрение лишь после того, как Блэр заявил, что у Саддама Хусейна есть оружие массового уничтожения.

Протоколы ряда встреч между министрами и топ-менеджерами нефтяных компаний противоречат публичным отрицаниям со стороны нефтяных компаний и западных правительств, которые в то время утверждали, что не имели во вторжении никакого шкурного интереса.
Эти документы не были использованы в качестве свидетельств в продолжающейся работе комиссии Чилкота, расследующей участие Великобритании в иракской войне. В марте 2003 года, за несколько дней до начала войны, компания Shell опровергла сообщения о том, что проводила на Даунинг-стрит консультации по поводу иракской нефти, назвав их «крайне недостоверными». BP отрицала, что у нее в Ираке есть какие-либо «стратегические интересы», а Тони Блэр заявлял, что «теория заговора про нефть» - это «крайний абсурд».
Однако документы от октября и ноября 2002 года рисуют совсем другую картину.

За пять месяцев до вторжения в марте 2003 года, баронесса Саймонс, бывшая в то время министром торговли, рассказала BP, что, по мнению правительства, британские энергокомпании должны получить часть огромных нефтегазовых резервов Ирака в качестве награды за готовность Тони Блэра поддержать американские планы по смене режима в стране военными силами.

Документы демонстрируют, что леди Саймонс согласилась лоббировать администрацию Буша от имени BP, потому что нефтяной гигант опасался, что Вашингтон «исключает» компанию из сделок, о которых он потихоньку договаривался с американским, французским и российским правительствами и энергетическими компаниями этих стран.
Протокол встречи с BP, Shell и BG (ранее известной как British Gas), прошедшей 31 октября 2002 года, гласит: «Баронесса Саймонс согласилась, что было бы сложно оправдать тот факт, что британские компании ничего не получат в Ираке, в то время как Великобритания безоговорочно поддерживала правительство США в течение всего кризиса».

Министр пообещала «проинформировать компании перед Рождеством» об успехах своих лоббистских усилий.

6 ноября 2002 года Министерство иностранных дел пригласило представителей BP, чтобы обсудить возможности в Ираке «после смены режима». В протоколе сказано: «У Ирака большие нефтяные перспективы. BP очень хочет туда попасть, и компания обеспокоена, что политические сделки могут лишить ее этой возможности».
После еще одной встречи, которая прошла в октябре 2002 года, на тот момент директор отдела Ближнего Востока Министерства иностранных дел Эдвард Чаплин (Edward Chaplin) заметил: «Shell и BP не могут позволить себе не получить долю в Ираке, ведь от этого зависит их долгосрочное будущее… Мы были настроены на то, чтобы британские компании получили справедливую долю в Ираке после Саддама».
Утверждая на публике, что у нее нет «никаких стратегических интересов» в Ираке, в частных разговорах с представителями МИДа компания BP утверждала, что Ирак «важнее, чем что-либо еще, с чем мы сталкивались за долгое время».

BP волновалась, что если Вашингтон позволит TotalFinaElf работать в соответствии с действующим с правительством Саддама Хусейна и после вторжения, французский конгломерат станет ведущей нефтяной компанией мира. BP заявила правительству, что готова пойти на «большие риски», чтобы получить долю иракских резервов, вторых по величине в мире.

За пять лет активист Грег Муттитт (Greg Muttitt) получил доступ к более чем 1000 документов в рамках закона о «Свободе доступа к информации». Документы демонстрируют, что в конце 2002 года чиновники, министры и представители BP и Shell встречались не менее пяти раз.

Двадцатилетние контракты, подписанные сразу после вторжения, стали крупнейшими в истории нефтяной промышленности. В этих контрактах была расписана судьба половины нефтяных резервов Ирака – 60 миллиардов баррелей нефти, которые были куплены такими компаниями, как BP и CNPC (Китай), чей консорциум должен получать ежегодную прибыль в 658 миллионов долларов от разработки месторождения Румайла в южном Ираке.

На прошлой неделе Ирак увеличил производство нефти до самого большого уровня за почти десятилетие, достигнув отметки в 2,7 миллиона баррелей в день – это считается особенно важным сегодня, когда весь регион подвержен резким колебаниям, а объемы ливийского экспорта потеряны. Многие противники войны подозревали, что одним из главных стремлений Вашингтона во вторжении в Ирак было обеспечение бесперебойного источника дешевой нефти.

Г-н Муттитт, чья книга «Топливо в огне» выйдет на следующей неделе, говорит: «До войны правительство изо всех сил старалось показать, что не заинтересовано в иракской нефти. Эти документы доказывают, что эти утверждения были лживы. Мы видим, что, на самом деле, нефть играла одну из важнейших ролей в расчетах правительства, и что кабинет министров тайно сговорился с нефтяными компаниями, чтобы предоставить им доступ к этому огромному трофею».
Пятидесятилетняя леди Саймонс позже заняла пост советника в британском коммерческом банке, нажившемся на послевоенных сделках по восстановлению Ирака. В прошлом месяце, после того, как полковник Каддафи начал стрелять по демонстрантам, она отказалась от своей должности безвозмездного советника Совета по национальному экономическому развитию Ливии. 18 апреля компании BP и Shell отказались прокомментировать данные материалы.
Нефть не причем? Что они говорили до вторжения

* Меморандум Министерства иностранных дел, 13 ноября 2002 года, после встречи с BP: «У Ирака большие нефтяные перспективы. BP очень хочет туда попасть, и компания обеспокоена, что политические сделки могут лишить ее возможности конкурировать. Долгосрочный потенциал огромен…»

* Тони Блэр, 6 февраля 2003 года: «Дайте мне сказать по поводу этих нефтяных слухов, потому что… теория заговора про нефть – одна из самых абсурдных, если все проанализировать. Факт в том, что если бы нас беспокоила нефть, которая есть у Ирака, я думаю, мы могли бы завтра же договориться с Саддамом по этому поводу. Вопрос здесь не в нефти, а в оружии [массового уничтожения]…»

* BP, 12 марта 2003 года: «У нас нет никаких стратегических интересов в Ираке. Если тот, кто придет к власти, захочет после войны – если будет война – участия западных [компаний], все, чего мы хотим – это равные возможности для всех. Мы совершенно точно не настаиваем на своем участии».

* Лорд Браун, тогдашний глава BP, 12 марта 2003 года: «Ни я, ни BP не считаем, что эта война из-за нефти. Ирак – важный производитель, но он должен сам решить, что делать со своим достоянием и нефтью».

* Компания Shell заявила 12 марта 2003 года, что сообщения о ее встречах на Даунинг-стрит для обсуждения нефтяных возможностей «крайне недостоверны», и добавила: «Мы не просили о встречах с чиновниками британского правительства для обсуждения Ирака и не принимали в них участия. Этот вопрос поднимался в разговорах в ходе обычных встреч, которые у нас периодически бывают с чиновниками…. Мы никогда не просили “контрактов”».

Оригинал публикации: Secret memos expose link between oil firms and invasion of Iraq

[Юрий Ганков]

А теперь уже про Ливию, но опять не в жилу.

Эти гуманитарщики приходят в Ливию с ракетами и с программой действий("The Guardian", Великобритания)
Вместо того, чтобы защищать ливийцев, НАТО лишь продлевает агонию гражданской войны. Дэвид Кэмерон должен подумать о Суэце и отступить.
Саймон Дженкинс (Simon Jenkins)

Затягивать или не затягивать, вот в чем вопрос. Британская ливийская война вступает в свою наиболее опасную фазу. Вновь гремела большая ложь о том, что воздушные силы могут обеспечить какой-то род победы. Гуманитарная необходимость снова в полном разгаре, заболачивая средства массовой информации и сбивая с толку стратегию ежедневными рассказами об ужасах с фронта. Миссия, сбившаяся с пути с самого начала, движется туда, куда подобные миссии двигаются всегда – к еще более углубленному вмешательству. Почему этого никто не видит?

Премьер-министр Дэвид Кэмерон ежедневно сталкивается с обвинениями в половинчатости и невыполнении обязательств перед своими новыми товарищами по оружию, ливийскими повстанцами. В ответ он жалуется на «ограничения» со стороны ООН, из-за которых он не свободен в «принятии всех необходимых мер… для того, чтобы остановить Каддафи и заставить его перестать убивать людей в Мисрате». Его министр по затягиванию военной операции Эндрю Митчелл (Andrew Mitchell) в Нью-Йорке размахивал саванами мертвых ливийцев перед Советом Безопасности и требовал изменений в правилах вмешательства. Министр иностранных дел Уильям Хэйг предлагает мятежниками «несмертоносную помощь», которая, судя по всему, означает бронежилеты и десять офицеров для обучения «логистике и разведке», но не участие в сражениях. Это война через зеркало, слава, добытая кровью других.

Не годятся в качестве аргумента заявления о том, что ужасные вещи творятся на улицах Мисраты, сирийских провинций, в городах Йемена, в больницах Бахрейна и на улицах Багдада. Либеральное вмешательство никогда не имело особо много общего с Кантом и с универсализмом. Бомбы не придерживаются этики, они придерживаются камер. Людям интересно смотреть кровавые сцены. Ливия – это война сегодняшнего дня, и этим все сказано.

Наблюдающие за Кэмероном зачарованы тем, как он оказался в этой реке без весла, в отличие от скользкого и сомнительного Николя Саркози. (О как они Колю прим. Юрий Ганков) Железный закон НАТО, который гласит, что ничего нельзя делать до тех, пока американцы не примут на себя лидерство, был явно нарушен. Барак Обама показал яснее некуда, что не хочет нового ближневосточного конфликта.

Премьер, говорят, хочет походить на Тони Блэра и тоже повесить скальп диктатора себе на пояс. Но даже Блэр понимал, что это подразумевает готовность использовать основную силу, что он сделал в Косово без каких-либо глупостей, связанных с резолюциями ООН. Кэмерон участвовал в составлении резолюции ООН 1973, которая не дала ему таких рамок. За счет этого он получил арабскую поддержку, но она оказалась предсказуемо ненадежной, и с нарастанием войны может оказаться контрпродуктивной.

Резолюция – слабая, гнилая и неудачная, основанная на ложной предпосылке о том, что бесполетная зона способна решить судьбу гражданской войны. Она даже позволила Кэмерону продемонстрировать такие семантические искривления, которые дали возможность заявить, что «оставить Каддафи у власти было бы недобросовестным предательством», и при этом же отрицать, что действия коалиции направлены на «смену режима». Он пытается убить Каддафи бомбежкой его укрепленной базы и настаивает на том, что он «должен уйти», по-прежнему отрицая наличие каких бы то ни было намерений использовать «все необходимые меры», чтобы от него избавиться, такие как вторжение и оккупация Ливии. Он даже не может вооружить мятежников. Неужели Даунинг-стрит не распознала ловушку, в которую обречена была попасть резолюция? Если какое-либо из британских военных приключений и было «легкой победой», то Ливия явно к таковым не относится.

Если бы я был ливийским повстанцем, я был бы в ярости. Как обычный британский гражданин и налогоплательщик, я лишь интересуюсь, в какую игру играют в северной Африке от моего имени и на мои деньги. Как может Кэмерон заявлять, что у него не хватает наличных, когда он может себе позволить потратить 500 тысяч фунтов, чтобы уничтожить один танк? Британия использует бомбардировщики не для поддержки вторжения, а для обеспечения альтернативы вторжению. Это усиливает симпатию и сочувствие к тем, кого бомбят, не в последнюю очередь потому, что бомбы часто промахиваются мимо цели. НАТО, что, по-видимому, на самом деле, означает «Королевские ВВС», уже уничтожило гражданских лиц в Сирте и разбомбило силы повстанцев, которых оно, как предполагалось, должно защищать, несмотря на то, что оно продолжает отрицать, что действует в качестве «воздушного подразделения мятежников».

Поддержка подобной военной операции со стороны Лиги арабских государств, первоначально объявленная, предсказуемым образом сошла на нет. Статья, оправдывающая вмешательство, подписанная на прошлой неделе Кэмероном, Саркози и Обамой, была (и это было очень заметно) не подписана лидером Лиги арабских государств Амром Мусой, который поддерживал бомбардировки всего месяц назад. Соседи Ливии, Египет и Тунис, не принимали участия в каких-либо военных операциях и даже не предоставляли военно-воздушные базы.

«Аль-Каида» парит над Магрибом, ожидая новых объедков западной глупости. Она должна быть счастлива тем, что две державы, так желающие драться в Ливии, это бывшие империалисты этого региона, Британия и Франция. Перспектива западного марионеточного режима в Триполи – планируемая, как мы предполагаем, постчилкотовским Форин-офисом – должна отвечать всем джихадистским молитвам.

И коалиция, и члены лейбористского теневого правительства бьют в барабаны войны. Никто из них не учит историю. Настольной книгой Кэмерона должна быть переписка Идэна и Эйзенхауэра во время Суэца, когда последний умолял Идэна оставаться в стороне от этого театра и осознать, что нападение на одно арабское государство приведет к тому, что все остальные тут же встанут на его сторону. Америка, писал Эйзенхауэр, не будет участвовать во вторжении. Идэн проигнорировал его и заплатил за это.

Большинство членов НАТО и Евросоюза не участвуют в ливийской заварухе. И это не потому, что, как любит писать западная пресса, они такие бесхарактерные или недалекие, или как недавно написала New York Times, ограниченные и местечковые. Это потому, что они не глупы. Они не видят никакого смысла в том, чтобы повторять то, что произошло в Белграде в 1999 и в Багдаде в 2003, когда сотни миллионов долларов были потрачены на сброс боеприпасов в целях уничтожения того, что, как лживо утверждалось, необходимо было уничтожить для операции наземных войск.

На Западе есть желание облегчить страдания людям в беде, но когда гуманитарщики приходят с ревущими ракетами и ясной политической программой, атакуемые, понятное дело, не доверяют их декларируемым побуждениям. Я не верю, что Кэмерон пришел за ливийской нефтью (опять не за нефтью? прим. Ю.Ганков), но скажите это жителям Триполи, чьи страдания британские власти успешно игнорировали, когда казалось, что их лидер хорошо защищен. Первой гуманитарной обязанностью по отношению к тем, кто страдает, должно быть облегчение этих страданий, а не участие в гражданских войнах, подавление диктаторов, разделение страны и уничтожение инфраструктуры. Что-то явно отравило и загрязнило внешнюю политику.
Кэмерон написал на прошлой неделе, что он бомбил Ливию, чтобы убедиться, что «следующую главу своей истории будет писать именно ливийский народ». Так почему же тогда писать ее пытается он? При всех дурацких разговорах о равных условиях, Британия помогает продлить агонию гражданской войны в другой стране. Кэмерону может повести и кто-то может решить задачу за него. Но по состоянию на настоящий момент единственным выходом из этой переделки является отступить и оставить вопрос дипломатам. Самое сложное решение для любого командира, говорил Веллингтон, это «знать, когда отступить, и рискнуть сделать это». Рискнет ли Кэмерон?

Оригинал публикации: These humanitarians come to Libya with missiles, and an agenda

[Хоббит]

Сообщение от Юрий Ганков

Если бы я был ливийским повстанцем, я был бы в ярости. Как обычный британский гражданин и налогоплательщик, я лишь интересуюсь, в какую игру играют в северной Африке от моего имени и на мои деньги.

Т.е., иными словами, пофиг тирания или революция, но где моя выгода?

Они не видят никакого смысла в том, чтобы повторять то, что произошло в Белграде в 1999 и в Багдаде в 2003, когда сотни миллионов долларов были потрачены на сброс боеприпасов в целях уничтожения того, что, как лживо утверждалось, необходимо было уничтожить для операции наземных войск.

Опять же перефразируя: Ну нет мне дела до убитых сербов и иракцев, мне просто очень жалко потраченные миллионы.
Ну и где наши доморощенные защитники демократии и угнетенных ливийцев